Звуковой вектор

Случалось вам встречать немного странноватых, и местами даже где-то замкнуто-отрешенных людей? До которых порой не докричишься – выныривает из погружения в самое себя, как акванавт, самозабвенно и увлеченно изучающий морские глубины.

Тех, которые иногда вроде бы и слушают собеседника, а сами где-то далеко-далеко – по глазам видно…  Или делают все на автопилоте, затем ошарашено оглядываясь вокруг: где я?!

Для которых непреодолимо трудно внятно и членораздельно излагать свои мысли в устной форме, зато на бумаге (пардон, нонче ее роль чаще играет клавиатура) – они это проделывают совершенно непринужденно: слова так и льются, будто из рога изобилия…

Надменные пупы Земли, абсолютно убежденные в своей исключительности и непревзойденной умности. «Я» для них – отнюдь не последняя буква алфавита, но наиболее часто используемое и значимое местоимение. Во всяком случае - в детстве: с возрастом их иногда удается отучить якать.

В общем, знакомьтесь: это мы – звуковики.

Нет, поймите правильно: хотя некоторые люди и отзываются о нас нелестно, мол, ку-ку, далеко не каждый неадекватный тип – звуковик. И наоборот, звуковик – вовсе не синоним пристукнутости. Но где-то близко.

Звуковой поиск истины начинает проявлять себя в раннем детстве. Уже в дошкольном возрасте такие детки ставят порой родителей с дедами-бабками в тупик вопросами: «Кто я такой?», «А ты умрешь, бабушка?» Или, скажем, «Зачем люди работают?». Недетские вопросы о смысле жизни из уст ребенка – типичный признак звуковика.

Но не всегда все происходит именно так: многие звуковые мальчишки и девчонки не озвучивают свой необычный интерес  - о нем свидетельствует лишь необъяснимая тяга подростка к познанию бытия. Но для внимательного наблюдателя все достаточно очевидно.

С возрастом, сногсшибательные вопросы чаще всего уступают место иным любопытствам, скажем так, более высокого порядка. Нет, даже не так! Не уступают место, а, скорее, перерастают в более масштабные исследования – внятного-то ответа на те, первые наивные вопросы, так и не было получено…  Ну посудите сами, как можно объяснить ребенку, что такое космос?! Про теорию большого взрыва рассказывать, что ли?...

А недополученные ответы на животрепещущие вопросы из серии «зачем мы живем?» слегка давят на неокрепшую психику звукового ребенка. Заставляют его подсознательно ощущать дискомфорт, и даже где-то смутную тревогу… Ну а как иначе: вот, почему Солнце, или там Луна, к примеру, на Землю не падает?! А вдруг?

Впрочем, скорее всего, сам интересующийся давно позабыл, чем доставал родителей. Просто сам факт наличия нерешенной проблемы обрекает его на подспудное смятение духа. Осадок-то от неудовлетворенной жажды знаний остался…

 И, нужно сказать, неразрешимые внутренние дилеммы, так и оставшиеся без ответов – бремя любого звуковика. До глубокой старости живут с этим. Одни вещи по мере накопления информации становятся понятными – появляются новые. И так без конца.

И вот. Эта нескончаемая тяга к исследованию собственного сознания и неразгаданных тайн окружающего мира развивается-развивается, углубляется-углубляется, и, наконец, рождает на свет нового мыслителя: звуковой вектор – это визитная карточка философов и психологов, физиков и математиков, эзотериков и фантастов, поэтов и музыкантов.

Кстати, интересно то, что сами звуковики не воспринимают эти свои поиски непонятно чего, как нечто абстрактное. Для них это абсолютно прикладная задача. Насущные вопросы, так сказать…

Мне припомнилось осторожное начало теологической дискуссии («Бога нет!»). Так вот: это чисто звуковая примочка. Представителям всех прочих векторов глубоко наплевать, существует высший разум, или это плод чей-то буйной фантазии. Звуковики же, отстаивая, к примеру, атеистическую точку зрения, делают это настолько истово, что невольно задумываешься: а может все же есть? Неспроста ведь вона как слюной брызжет…

Звуковикам вообще очень близки всевозможные религии и духовные практики – где же еще искать Первопричину?! Впрочем, часть звуковиков ищет ее в науке – вспомните коллайдер…

Есть еще одна общая характерная черта для всех звуковиков: их мало интересует материальная сторона дела. Ни деньги, ни почет, ни карьера, ни секс – ничто из перечисленного не имеет для звуковиков никакой ценности. Даже собственным телом они не особо дорожат. Обладатели звукового вектора целиком сосредоточены на главном: познании тайн Вселенной, себя и Основных Законов Мироздания. Метафизика для них – суть. А все остальное – туфта! Суета сует.

И настолько они порой бывают увлечены этими своими изысканиями, что забывают об элементарных физических потребностях любого живого организма (базовых физических свойствах): необходимости есть, пить, дышать и спать. Пример? Вспомните заигравшихся геймеров, отдающих Богу душу у экранов мониторов.

Отдельный разговор о силе звукового желания. Их «хочу!» даст многократную фору желаниям любого другого вектора. Отсюда и фанатичное отношение к любимому занятию. Как там было? «Заставь дурака Богу молиться…». Во-во, это про нас…

Так, стоп! Дам просим не напрягаться: звуковики абсолютно асексуальны. Их желания лежат совершенно в иной плоскости. Им бы все больше квазары с туманностями изучать, антител домагиваться и симфонии сочинять. А секс… Не, это не к ним.

Причем, поскольку по своему месту в векторной иерархии, звук доминантен, он, подлец, порой мешает насладиться плотскими утехами ни в чем не повинным нижним векторам! Ни себе, ни людям…

Гипотетический портрет среднестатистического звуковика дополняет тихий голос: мы вообще не любим шум, в том числе, когда громко разговаривают.

Если серьезно – конечно это не догма. Представляете себе музыканта-звуковика, вместо пения, что-то шепотом вещающего в микрофон? Или Маяковского, декламирующего свои вирши одними губами… Но, тем не менее, звуковики-тихони – довольно распространенное явление.

Кстати, мы, звуковики, примерно так же, как и аудио-шуму, относимся и к другой вредоносной информации: запахам, мимике собеседника… Ну зачем нам нюхать-глядеть?! Именно потому мы предпочитаем эпистолярный жанр вербальному общению – ну отвлекает все это нас! Не дает собраться с мыслями!

А вот интонации, окраска звучания – это да! Это мы ценим! Прикрывая глаза, мы отрешаемся от внешнего мира, полностью отдаваясь своим чувствам, наслаждаясь вариациями громкости, хрипотцы голосов и переливами тембров… Главное, чтобы звуков много не было. Чтобы они в какофонию не сливались…

Мы и «общаться» предпочитаем с такими же немногословными субъектами: мол, хорошо молчим! Галдеж нас жутко утомляет.

Вот так, плавненько и не спеша, мы подошли к видовой роли первобытного обладателя звукового вектора – она объясняет буквально все: откуда и зачем взялся этот фрукт.

А он сторожем был! Ночным охранником стаи. Все спят – он бодрствует. Все по делам – он спать. Эта приверженность к ночным вахтам наблюдается и в нынешних звуковиках. Как правило, это «совы»: чувствуют себя гораздо комфортнее в ночной тишине. Работоспособность возрастает, мысль лучше работает.

Обычный режим (утром на работу, вечером – с работы) сильно давит на звуковика: ранний подъем для нас – жуткий стресс. Вроде бы и встал уже, а проснуться забыл… Вот и ходит-едет по городу такая сомнамбула еще примерно часик после пробуждения… Как бы на автопилоте.

Зато ночью – самое то! Можно музыку в наушниках послушать, наслаждаясь чистотой звучания, подумать в безмолвии о чем-то архиважном (еще бы вспомнить о чем, когда проснешься), почитать – когда вокруг разговаривают это совершенно невозможно: не сосредоточиться! По сети полазить, посерфинговать, так сказать, по волнам интернета…

Звукового ребенка несложно узнать среди сверстников. Не шумит, не галдит, не кривляется…

К слову. Звуковики вообще не особо балуют окружающих богатством мимической палитры: «на его лице не дрогнул ни один мускул» – это про нас. Нет, внутри эмоции могут клокотать весьма даже ощутимо, но показывать их окружающим – ни-ни! Для звуковика это признак слабости.

Звуковой малыш не носится, как ошпаренный, на перемене, компаниям предпочитает уединение… Не то, что чурается приятелей, но и не сторонник шумного общения. Этакий тихоня чудаковатый. Ну и взгляд: взрослый, осмысленный и отнюдь не наивный.

Кстати. Если внимательно присмотреться, именно по школьному поведению можно оценить состояние звукового вектора у ребенка. Признак подавленности: отчужденность, замкнутость. Но нужно четко понимать: звуковики и в нормальном состоянии не блещут общительностью. Тут несколько иное. Проблемы с коммуникацией, что ли, выражаясь современным языком. Такие дети не могут со сверстниками договориться по элементарным вопросам.

Полуночные бдения тоже играют свою роль: вместо того, чтобы спать, идеи всякие обмозговываем, фантастику читаем под одеялом, музыку слушаем в наушниках. Ну или в компе сидим до первых петухов. Как было сказано выше – все это исконно наше, звуковое.

А днем после этого – кемарим на ходу. Вяло реагируем на раздражители (спать же охота!), контрольные работы, что выпадают на первые уроки, проваливаем – голова-то с утра еще пока не включилась…  

Вот и числимся зачастую двоечниками. Хорошо еще, если внимательный преподаватель разглядит в нас недюжинный потенциал интеллекта. Правда, когда мы проснемся. А нет - так, случается, и в умственно отсталые запишут…

Впрочем – это отнюдь не аксиома: при правильном подходе к воспитанию, все складывается иначе. При всех вышеперечисленных звуковых «прелестях», из нас могут вырасти гении физики, музыки или, скажем, психологии – благо природа заложила в звуковиков эти таланты. Ведь мы обладаем абстрактным умом – в потенциале, самым мощным интеллектом, способным постичь нематериальные понятия.

Наши идеи глобальны! Мы способны изменить окружающий мир, определить вектор социальных преобразований и направить суть развития человечества! К сожалению, не всегда в верном направлении…

Все зависит от развитости и степени реализации наших векторных свойств, то есть от направленности идей. Когда с этим все в порядке,  звуковой вектор дарит миру циолковских,  эйнштейнов, тесл. Состояние же неудовлетворенности и векторная недоразвитость порождают синдром человеконенавистничества. Взять того же Гитлера, к примеру…

А есть и другой вариант сценария - средний. В неразвитом и нереализованном состоянии звуковик остается пустым местом, поскольку не находит своего Пути. И обречен блуждать в лабиринте мелких, несостоятельных, а порой и просто безумных заблуждений. При этом по-прежнему сохраняя в собственных глазах огромную важность и значимость своего «Я».

Задача родителей – обеспечить адекватное развитие звукового ребенка. Благоприятная, максимально комфортная среда для таких детей: тишина и уединение (уши – это основной сенсор звуковика, через который он воспринимает окружающий мир). Стимул обучаемости – интерес к предмету.

Тогда и с успеваемостью будет отлично, и вообще, интеллектуальным развитием отпрыска можно будет гордиться: тонко чувствующим интонации звуковикам легко даются иностранные языки, а обладая от природы абстрактным мышлением, они запросто справляются со сложными задачами по математике и физике. Они – лучшие в этих областях знаний! Дайте только покой ребенку! И сумейте направить его жажду знаний в нужное русло.

Будьте деликатны! Не гремите посудой, как в советской столовке, не оглашайте окрестности ором семейных разборок, не хлопайте дверьми во гневе! И тогда ваше чадо, скорее всего, станет призером какой-нибудь престижной языковой или физико-математической Олимпиады. Ну или поразит общественность виртуозностью музыкальной одаренности.

Ну и не дай вам Боже кричать на своего нерадивого вундеркинда или оскорблять его: мол, почему ты такой идиот?! - ох, грешим мы порой этим, чего скрывать… Брань, унижение, семейные скандалы – все это страшно калечит психику любого звуковика. Ребенка – особенно.

Знаете кто такие аутисты и шизофреники? Да-да. Звуковики! Люди со звуковым вектором, искалеченные в детстве придурошным взрослым окружением. Аутизм – травмированный звуковой вектор, а звуковой невроз – это шизофрения. И виной всему - стресс, вызванный унижениями и частыми родительскими скандалами.

Вернемся к звуковым пристрастиям – сиречь нашим желаниям. Тут вот какая закавыка.

Еще совсем недавно, в минувшем столетии, звуковой вектор мог легко наполниться музыкой, поэзией, теологией, режиссурой... Увы, сейчас этого уже недостаточно.

Да, поскольку мы, наряду с представителями зрительного и анального вектора, рьяные читатели – мы по-прежнему безумно любим книги. Не все, разумеется - нам очень близка фантастика (не фэнтези дурацкие, а именно чтобы научная была!), стихи взахлеб читаем, как и прежде.

Мы поклонники психологии, эзотерики, религии, теологии и трактатов по философии. Уважаем физику и астрономию - обожаем медитировать, глядя часами в звездное небо.

Любим музыку, правда, опять-таки не всю - ту, что созвучна нашему душевному состоянию.

Вообще, музыка, гармония звуков, априори несущая в себе огромный массив информации о человеческих эмоциях – ранее была чуть ли не единственным наполнителем нижнего уровня желаний звукового вектора. Но поскольку сила желания (то есть, темперамент) современных людей нынче гораздо выше, музыка уже не справляется с этой задачей – для полного наполнения звуковых желаний ее явно недостаточно.

Более того, засилье шума, порожденного нашей техногенной цивилизацией, заставляет звуковиков искать тишины. И порой выключая звук, они просто прячутся от вроде бы волшебных мелодий: лишь бы найти спасительное безмолвие.

Кстати, когда звуковик слушает тяжелый рок на запредельной громкости – это тоже признак фрустрации: попытка заглушить муку от ненаполненности желаний. Рев из динамиков просто топит неудовлетворенность в мощи басов…

Так вот. Но реализовать себя на этих, исконно звуковых поприщах, утолить жажду реальных духовных постижений, в последние десятилетия для звуковиков стало трудновыполнимой задачей. Все писано-переписано, сыграно-переиграно. Создать нечто по-настоящему новое - жутко, просто невероятно сложно. Звуковики маются в тщетном, осознанном или не вполне осознанном поиске пути наполнения своих желаний, но, увы, чаще всего безрезультатно…

Отсюда и бездарные кинофильмы, и пошлые романы, и скучные музыкальные произведения. Застой наблюдается абсолютно во всем звуковом творчестве: и в музыке, и в математике, и в физике, и в эзотерике с теологией, и в психологии. Наступило время массовой звуковой депрессии.

Свято место пусто не бывает. На сцене появились компьютерные игры. И многие измученные бездарным поиском звуковики, отчаявшиеся найти себя в том, что развивало человечество все минувшие века, с головой нырнули в виртуальную реальность. Хоронят свои таланты над клавиатурой под мерцание мониторов, все больше и больше отрываясь от реальности и погружаясь в мир человеконенавистнических идей. Пример – Брейвик и С^о…

Впрочем, депрессия толкает звуковиков не только к компьютеру. Но и в окно.

Вообще, депрессия, хоть и ненормальное состояние для звуковика – это отнюдь не новое веяние. Она была и прежде, просто масштабы были иными – вспомните хотя бы самоубийства известных русских поэтов.

Ее причины – в самой сути звукового вектора: постоянной погруженности в самое себя, отрешенности и глубоком самозабвенном созерцании закоулков собственной личности. Что он там делает? О чем размышляет глубокомысленно? Да он, чаще всего, не ответит ни в жисть! Поскольку мучительно пытается осознать неосознаваемое. Плещется себе надменно средь кипящих будней, в лужице как бы высокоинтеллектуальной нирваны…

Те, в ком нет звукового вектора, никогда не смогут понять звуковика. Ему сложно вербализировать свои чаяния, поскольку ничто материальное не способно наполнить его желания. Мямлит что-то о смысле жизни, который найти не может… Тьфу! Хочу то, не знаю что!...

Мается, бедный, от этой неразрешимости внутренних вопросов, как от зубной боли: все вокруг радуются жизни, а ему свет не мил. Бессонница, изматывающие головные боли…

И вот. Испытывая муки от нереализованности видовой роли (все та же пошлость и скучность творчества, либо бесперспективность поиска Истины, либо тупик в познании окружающего мира, либо стресс, связанный с унижением), звуковики, абсолютно не ценящие ничто материальное, с легкостью расстаются с жизнью, подсознательно рассчитывая попасть на небеса с черного хода.

Как вариант – наркотический угар: наркотики – это тоже наше, звуковое! Чтобы поглыбее занырнуть в непонятное, спрятавшись от безысходной реальности.

Выход из депрессии – для звуковиков сложная задача. Звуковая депрессия напоминает штопор в высшем пилотаже. Не справляясь со своим предназначением (а точнее, попросту неадекватно его оценивая), они рассуждают примерно так: «Зачем такая жизнь?! Надо заканчивать эти мытарства! Душе тесно и больно в этом бездарном теле! На волю!». Гнетут-гнетут себя этими мыслями, все более сваливаясь в неконтролируемое падении… Ну и далее – выпускают душу из тела посредством суицида. И в этом главная ошибка звуковиков!

Да, звуковики, как было сказано ранее, очень легкомысленно относятся к своей бренной оболочке. Они ее просто не ощущают как часть себя. Как погрузятся в самосозерцание – есть и пить забывают: если не настоишь, могут с голоду или от жажды помереть. Да и мешает им это тело дурацкое постоянно… Думать не дает! А умственная деятельность звуковика, к слову – это самая тяжелая работа. Безо всяких шуток.

Однако только здесь, в физическом, реальном мире, в этом самом неуклюжем и никчемном теле (и нигде иначе!), звуковики могут реализовать  любые желания своей божественной души. И выполнить свою Звуковую задачу: постигнуть суть мироздания. Ну а заодно и со своим загадочным «Я» разобраться. А нет тела – нет и «Я».

Душа, может быть, бессмертна. Но проку от ее свободного полета в эфире – ноль. Гейм овер, так сказать.

Ну и напоследок. Надеюсь, теперь вы поняли, что такое звуковой вектор. Впервые в мире системно-векторная психология дает ключ к пониманию поведения этих несколько странных, с точки зрения окружающих, не от мира сего людей. Интровертов до мозга костей.

Да и сами звуковики, думается, теперь стали лучше понимать себя. Свое природное предназначение, пути наполнения желаний и реализации векторных свойств. А это – в свою очередь: залог счастливой, осознанной и осмысленной жизни.